Затягивание сроков из-за длительности экспертиз

Определение размера компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок

Затягивание сроков из-за длительности экспертиз
НОСКОВА Юлия Борисовна
кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин Уральского юридического института Министерства внутренних дел Российской Федерации

Анализ практики Европейского суда по правам человека в сфере уголовного судопроизводства, в Российской Федерации по­казывает систематическое нарушение прав граждан, выразивше­еся в нарушении разумных сроков уголовного судопроизводства.

Федеральный закон от 30 апреля 2010 г.

№ 68-ФЗ «О ком­пенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» был принят, в соответствии с требованием Европейского суда по правам человека для формирования действенного механизма правовой защиты прав граждан, в связи участившимися нару­шениями, выражающимися в несоблюдении разумных сроков судопроизводства и исполнения судебных актов разумный срок.

Российская Федерация в связи с принятием Федерального закона от 30 апреля 2010 г.

№ 68-ФЗ «О компенсации за наруше­ние права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» встала на путь по­строения нового способа защиты нарушенного права граждан в области соблюдения разумных сроков уголовного судопроиз­водства, что является показателем применения принципа обя­зательности решений вышестоящего международного суда.

Принятие данного Федерального закона породило вопрос о правовой природе данного вида компенсации, имеет ли компен­сация публично-правовой или гражданско-правовой характер. Также ведутся многочисленные дискуссии по поводу соотнесе­ния норм компенсации за нарушение сроков на судопроизвод­ство в разумный срок и компенсации морального вреда.

В том числе в названном законе не определены границы размера компенсации за нарушение права на уголовное судо­производство в разумный срок, что не дает возможности сфор­мировать единообразную судебную практику.

Действовавшие ранее Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного суда РФ №30/64 «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуж­дении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разум­ный срок» определяло, что присуждаемая компенсация представ­ляет собой денежное возмещение вреда, причиненного вследствие нарушения права на судопроизводство в разумный срок.

На сегодняшний день, позиция Верховного суда РФ в отно­шении правовой природы компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок выглядит иначе.

Верховный Суд РФ в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 марта 2016 года № 11 «О некоторых вопросах, возникаю­щих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за на­рушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» рассматривает присуждение компенсации как специальный способ правовой защиты. Компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок является мерой ответственности государства, которая имеет целью возмещение причиненного неимуществен­ного вреда фактом нарушения процедурных условий, обеспечи­вающих реализацию данных прав в разумный срок.

Однако, стоит согласиться с авторами, которые относят компенсацию за нарушение права на уголовное судопроизвод­ство в разумный срок к разновидности компенсации морального вреда. Это дает возможность упорядочить судебную практику и использовать накопившийся опыт по применению ст. 151 ГК РФ, связанный с компенсацией морального вреда.

Нравственные страдания лица, вызванные нарушением права на уголовное су­допроизводство в разумный срок, могут выражаться в непомер­ной продолжительности уголовного судопроизводства. Когда лицо испытывает состояние неопределенности, стресса и ужа­са пребывания в учреждения пенитенциарной системы.

В этой связи, Европейский Суд по правам человека при рассмотрении дел о взыскании компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок устанавливает презумпцию того, что длительность судопроизводства причиняет моральный вред.

Однако самого факта длительности судопроизводства не­достаточно, необходимо чтобы лицо, право которого нарушено, претерпевало в связи с эти нравственные страдания.

В ч. 2. ст. 2. Федерального закона от 30 апреля 2010 г.

68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в раз­умный срок», размер компенсации определяется судом, исхо­дя из требований заявителя, обстоятельств дела, по которому было допущено нарушение, продолжительности нарушения и значимости его последствий для заявителя, а также с учетом принципов разумности, справедливости и практики Европей­ского суда по правам человека.

Думается, что национальные суды при определении разме­ра компенсации буквально должны опираться на практику при­менения Европейского суда по правам человека в рассматривае­мых аналогичных делах.

Поскольку в практике российских судов не применяется право прецедента, данный вид правоотношений стоит относить как исключение из принятых норм.

При опреде­лении размера компенсации суд должен индивидуально подхо­дить к рассмотрению каждого конкретного дела.

Так, Судебная коллегия Верховного Суда РФ рассмотрела в судебном заседании дело по заявлению Давиденко В.С. о присуж­дении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок по кассационной жалобе представителя Управле­ния Федерального казначейства по Волгоградской области Фоки­ной Е.С.

на решение Волгоградского областного суда от 18 ноября 2010 г., которым заявление Давиденко В.С. удовлетворено частич­но.

Общая продолжительность уголовного судопроизводства по данному делу составила около 8 лет, из которых более 4 лет заяви­тель содержался под стражей по обвинению в тяжком преступле­нии и в конечном итоге был осужден за преступление, не относя­щееся к тяжким, к наказанию, не связанному с лишением свободы – обязательным работам, а данное уголовное дело не представляло большой правовой и фактической сложности, поведение участни­ков уголовного судопроизводства со стороны заявителя и его за­щиты не являлось источником волокиты. С учетом изложенного материала, Волгоградский областной суд правомерно удовлетво­рил заявление Давиденко B.C. и взыскал с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств федерального бюджета в пользу Давиденко B.C. компенсацию за нарушение права на судо­производство в разумный срок.

Однако Судебная коллегия по гражданским делам Вер­ховного Суда РФ указала, что взысканная судом сумма ком­пенсации в пользу Давиденко в размере 750 тысяч рублей су­щественно завышена. Практика Европейского Суда по правам человека не подтверждает столь значительной суммы – 750 ты­сяч рублей (эквивалент 18 тысяч евро) за нарушение права на судопроизводство в разумный срок.

В частности, Постановлением Европейского Суда по пра­вам человека от 25 февраля 2010 г.

по жалобе N 31849/05 по делу «Казюлин против Российской Федерации» за длительное уголовное судопроизводство (более 11 лет) в пользу заявителя взыскано 6700 евро компенсации морального вреда. Постанов­лением Европейского Суда по правам человека от 3 апреля 2008 г.

по жалобе N 16595/02 по делу «Головкин против Рос­сийской Федерации» за длительное уголовное судопроизвод­ство (более 7 лет) в пользу заявителя взыскано 5600 евро ком­пенсации морального вреда.

С учетом этого Судебная коллегия сочла необходимым уменьшить взысканную областным судом в пользу Давиденко B.C. сумму компенсации за нарушение права на судопроиз­водство в разумный срок и присудила ее в размере 200 тысяч рублей.

Таким образом, как показывает судебная практика, российские суды учитывают практику Европейского суда по правам человека при определении размера компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок и проявляют индивидуальный подход.

Размер компенсации, присуждаемой в связи с нарушени­ем права на судопроизводство или исполнение судебных актов в разумный срок, не должен быть неразумным по сравнению с суммами, присуждаемыми Европейским судом по правам человека по аналогичным делам принимаемыми в отношении граждан Российской Федерации.

Для определения размеров денежной компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок необходимо учитывать следующие критерии:

  1. Категория дела (правовая и фактическая сложность дела);
  2. Длительность судебного разбирательства. Поведение участников уголовного судопроизводства (злоупотребление своими правами и затягивание расследования или рассмо­трения уголовного дела, дело находится без движения, дли­тельность срока проведения экспертиз, неполнота и недоста­точность квалифицированности первоначальных экспертных исследований приведших к необходимости назначения по­вторных и дополнительных исследований, малоэффективные действия при производстве экспертиз и т.д.);
    1. Практику Европейского суда по правам человека.

В конечном итоге, в каждом конкретном случае судам не­обходимо учитывать индивидуальный подход к определению размера компенсации за нарушения права на уголовное судо­производство в разумный срок.

Размер компенсации зависит, во-первых, от требований лица обратившегося в суд; во-вторых, от вида прав, которые нарушены вследствие затягивания уголовного судопроизвод­ства; в- третьих, от обстоятельств дела; в-четвертых, от про­должительности нарушения сроков уголовного судопроиз­водства; в-пятых, от наступивших последствий; в-шестых, от значимости этих последствий для лица, обратившегося в суд с заявлением о компенсации; в-седьмых, от практики Евро­пейского суда по правам человека за аналогичные нарушения. Данный вид компенсации присуждается за счет средств феде­рального бюджета.

В законе указано, что средства присуждаются не только из федерального бюджета, но и из бюджета субъекта Российской Федерации, а также из средств местного бюджета. Условия вы­платы зависят от того, из средств какого бюджета финансирует­ся орган или организация либо должностное лицо этого органа или этой организации, допустившие указанное нарушение прав.

Вместе с тем, присуждение компенсации за нарушение разумных сроков уголовного судопроизводства не направле­на на восполнение имущественных потерь заинтересованного лица и не исключает возможности взыскания имущественного ущерба, причиненного незаконными действиями органов до­знания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в со­ответствии со ст. ст. 1069, 1070 ГК РФ. При всем том выплата подобной компенсации лишает гражданина права на компен­сацию морального вреда за указанное нарушение.

Хотелось бы отметить и тот факт, что при удовлетворе­нии заявления лица о получении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок национальными судами, лицо имеет право обратиться с повторным заявле­нием в Европейский суд по правам человека с требованием о компенсации морального вреда, если размер компенсации был недостаточным.

  

Источник: https://www.eurasialegal.info/index.php/legal-articles/313-2015-02-05-09-44-08/5301-2017-07-17-07-19-07.html

Обзор практики применения норм АПК РФ при назначении судебных экспертиз по делам

Затягивание сроков из-за длительности экспертиз

Тридцатым отделом Арбитражного суда Белгородской области в  соответствии с Планом работы арбитражного суда Белгородской области на второе полугодие 2008 года проанализирована практика применения норм АПК РФ о назначении экспертизы по делам, рассмотренным  судьями экономической коллегии арбитражного суда Белгородской области  в первом полугодии 2008 года.  

Целью настоящего обзора является анализ процессуального движения дел, по которым судом назначаются судебные экспертизы, а также выявление проблем, возникающих при применении  норм АПК  РФ о назначении судебных экспертиз.

  Представляется необходимым осветить некоторые теоретические позиции, касающиеся названной темы  обзора.

  Арбитражное судопроизводство требует широкого использования различных средств доказывания, среди которых одну из наиболее важных ролей играет судебная экспертиза.    

Судебная экспертиза – это способ исследования представленных объектов для получения сведений о фактах, имеющих значение для дела.  Заключение эксперта – это письменное изложение процедуры проведения экспертизы и выводов эксперта.

Более того, экспертиза в арбитражном процессе нередко становится единственно возможным способом получения доказательства по делу, что говорит о ее особенной значимости для справедливого судебного разбирательства.

Заключение экспертизы – самостоятельное доказательство, с помощью которого устанавливаются обстоятельства, имеющие значение для дела.  Как и любое другое доказательство, заключение эксперта может дать возможность установить или опровергнуть факты предмета доказывания.

  Арбитражным процессуальным кодексом установлено, что суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных познаний.

Под специальными познаниями обычно по­нимаются такие знания, которые находятся за пределами общеиз­вестных обобщений, т.е. это те, которыми профессионально владеет лишь узкий круг специалистов.

Нередко в ходе исследования доказательств в судебном разбирательстве возникают вопросы, ответы на которые могут дать только специалисты, обладающие специальными познаниями в этой области.

Так, к примеру, при рассмотрении требования об устранении недостатков выполненных работ суд не сможет самостоятельно оценить, была ли соблюдена полностью технология выполнения строительно-монтажных работ (№ А08-1506/08-21, № А08-5256/07-29). В этом случае и возникает необходимость назначения экспертизы, в приведенном случае – строительной экспертизы.

Заключение эксперта является одним из допустимых доказательств, которое часто используется в различных арбитражных спорах.

 Главное основание для назначения экспертизы состоит в том, что она назначается при возникновении в арбитражном процессе вопросов, для исследования и раскрытия которых необходимы специальные познания (ч. 1 ст. 82 АПК) в области тех или иных наук, техники, искусства и т.п.

  Существует только одна сфера, в рамках которой не может назначаться экспертиза, – это вопросы права. 

Судьи-юристы не могут обладать специальными познаниями во всех иных областях человеческого знания.

Более того, для разъяснения вопроса, требующего специальных познаний, арбитражный суд назначает экспертизу, даже если в составе арбитражного суда есть лица, обладающие такими специальными познаниями, так как совмещение функций эксперта и судьи недопустимо.

Применительно к вышеназванному условию следует обратить внимание на п. 8 ПОСТАНОВЛЕНИЯ  ПЛЕНУМА ВЫСШЕГО АРБИТРАЖНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 20 декабря2006 г.

N 66 «О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ ПРАКТИКИ ПРИМЕНЕНИЯ АРБИТРАЖНЫМИ СУДАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ОБ ЭКСПЕРТИЗЕ», в соответствии с которым, определяя круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, суд исходит из того, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств относятся к исключительной компетенции суда.

 

Проведенный анализ дел в рамках настоящего обобщения позволил сделать вывод об активном  использовании судьями  в своей  практике названных указаний ВАС РФ. Так,  по делу № А08-8295/05-3 по иску  ООО «Гостиница «Стойлянка»  к ООО «СтройЭлитСтиль» о взыскании 777580 руб.

стоимости работ по устранению недостатков, допущенных ответчиком при выполнении работ по договору, суд, назначая строительную экспертизу по делу, отклонил ходатайство ответчика о постановке перед экспертом ряда вопросов, указанных в ходатайстве, мотивируя свои действия следующими обстоятельствами.

Истец считал необходимым поставить перед экспертами ряд вопросов, изложенных в ходатайстве: о соответствии выполненных ответчиком работ условиям договора и требованиям нормативно-технической документации, о наличии недостатков выполненных работ и стоимости работ по их устранению.

Ответчик ходатайствовал о постановке перед экспертом ряда вопросов, в том числе правового характера и касающихся оценки обстоятельств дела и заключений экспертов, имеющихся в материалах дела. В соответствии с п.

18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, разрешая вопросы, касающиеся назначения экспертизы, необходимо учитывать, что в силу ст. 82 АПК РФ перед экспертом могут быть поставлены только те вопросы, разрешение которых требует специальных познаний.

Недопустима постановка перед экспертом вопросов правового характера, разрешение которых относится к компетенции суда.

Учитывая, что ряд вопросов, поставленных сторонами, не входит в предмет доказывания по делу, носит правовой характер, разрешение которых относится к компетенции суда, и связан с оценкой представленных сторонами в материалы дела доказательств, суд счел указанные вопросы подлежащими отклонению и сформулировал окончательный список вопросов, исходя из требований гражданского законодательства, с учетом обстоятельств, подлежащих исследованию по настоящему делу, тем самым, применив п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 20.12.2006 г. № 66.

В рамках обобщения изучено 35 дел, разрешенных в первом полугодии 2008 года,  в ходе рассмотрения которых были применены нормы АПК РФ о назначении экспертизы, постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда от 20 декабря 2006 года №66 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе».

  Следует отметить, что всего производства по делам, рассматривавшимся в указанный период времени,  приостанавливались в 62 случаях. Таким образом, приостановление производств по делам, в связи с назначением экспертизы составило 56,45 % от количества приостановленных дел.

 

Вместе с тем изучение судебной практики показывает, что проведение экспертиз при рассмотрении споров требуется значительно чаще, чем они фактически назначаются.

Объясняется это и недостаточной осведомленностью сторон о широких возможностях методик экспертных исследований,  финансовыми затруднениями по оплате производства экспертизы,  ошибками судей, связанными с неполным выяснением всех обстоятельств дела.

Так  по двум делам были вынесены необоснованные решения, в том числе по причине непроведения экспертиз (8632/06-30-3 – по спору о ненадлежащем исполнении обязательств по договору транспортно-экспедиционных услуг, 8679/06-4-30 по спору о признании сделки недействительной).

Кассационная инстанция, отменяя решения суда первой инстанции, указала на необходимость осуществления правовой оценки всех имеющихся в деле доказательств и доводов  сторон, а также обсуждения вопроса о целесообразности назначения соответствующих экспертиз.

 

Случается, что, ходатайствуя о назначении экспертизы, участники процесса в действительности не преследуют цель получить доказательства своей позиции или какие-то специальные сведения.

 Назначение экспертизы нередко является способом затягивания рассмотрения спора в арбитражном суде, когда одна из сторон просит суд назначить неуместную в рассматриваемом деле экспертизу. 

Назначение экспертизы, в свою очередь, является основанием для приостановления производства по делу, чего и добиваются недобросовестные участники процесса. Имеют место случаи, когда назначение по делу экспертизы нецелесообразно, доводы стороны могут быть подтверждены или опровергнуты иными доказательствами.

Так, по делу № А08-2456/06-3-19-3 по иску ООО «ЕПК-Стандарт» к ОАО «Белагромаш-Сервис» о взыскании 628733 руб. 43 коп. основного долга и 116797 руб. 99 коп.

процентов за пользование чужими денежными средствами суд, отказывая в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении экспертизы по определению соответствия требованиям ГОСТ подшипников, привезенных истцом и находящихся у ответчика, мотивировал свое действие следующим.

Источник: https://ceur.ru/library/articles/jekspertiza/item102114/

Топ-10 способов затянуть судебный процесс

Затягивание сроков из-за длительности экспертиз

Всем известна фраза «в бою все средства хороши». То же самое можно сказать о споре, который по ряду причин уже невозможно разрешить без суда.

В этом случае одна из самых распространенных уловок – затянуть рассмотрение дела или постоянно искусственно отодвигать возобновление процесса. Иногда это происходит от безыс­ходности, а иногда – чтобы выиграть время и, например, добыть нужные доказательства.

Посмотрим, какие способы затянуть процесс существуют и насколько возможность их использования зависит от действия сторон и усмотрения суда.

«Разумный» расчет

Более полутора лет назад в АПК РФ была введена ст. 6.1. В ней идет речь о том, что сроки рассмотрения дела в суде должны быть разумными.

Понятно, что такая «разумность» напрямую зависит не только от суда, но и от спорящих сторон, а также от других участников процесса.

Использование различных способов затянуть рассмотрение спора свойственно обеим сторонам, ведь за то время, пока суд будет рассматривать дело, можно вывести с баланса активы, заключить притворные сделки, провести ликвидацию, а также многое другое.

Злоупотребление: есть и нет

Как показывает практика, во многих случаях имеет место так называемое злоупотребление процессуальными возможностями, которые предоставлены сторонам законом (АПК РФ, ГПК РФ, УПК РФ) и в использовании которых никто не вправе ограничить спорящих. Вот они и злоупотребляют, кому как необходимо.

Пункт 36 постановления Пленума ВС РФ № 30 и Пленума ВАС РФ № 64 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» дает следующее разъяснение.

При оценке поведения заявителя (истца) на него нельзя возлагать ответственность за длительное рассмотрение дела по причине использования им процессуальных средств, которые предоставлены ему законом для своей защиты.

В частности, это изменение исковых требований, изучение материалов дела, заявление ходатайств, обжалование вынесенных судебных актов.

А вот неисполнение процессуальных обязанностей (например, непредставление доказательств по гражданскому делу, неоднократная неявка в судебное заседание по неуважительным причинам) с позиции закона и высших судей однозначно расценивается как затягивание судебного процесса.

Однако среди юристов распространена несколько иная установка. Ее суть в том, что правовых оснований для обвинения в злоупотреблении процессуальными правами нет.

Мол, каждая сторона вправе использовать любые установленные законом способы защиты своих прав и интересов, в том числе право оспаривать акты суда. Но это не совсем верно. Так, в АПК РФ есть ст.

111, которая устанавливает своего рода ответственность за злоупотребление процессуальными правами.

Фрагмент документа

Показать

Ч. 2 ст. 111 АПК РФ

Арбитражный суд вправе отнести все судебные расходы по делу на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами или не выполняющее своих процессуальных обязанностей, если это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрения дела и принятию законного и обоснованного судебного акта.

Именно эту норму суд применяет в случае, когда одна из сторон намеренно пытается затянуть различными способами судебный процесс.

Судебная практика

Показать

Решением налоговой инспекции компания привлечена к налоговой ответственности. Сумма санкций была уплачена в добровольном порядке по реквизитам, указанным в решении налогового органа. Позже инспекция сообщила, что штрафные санкции следовало перечислить по другим реквизитам. Организация повторно перечислила штраф на счет, указанный инспекцией.

Но и он оказался неправильным. Налогоплательщику пришлось перечислять деньги в третий раз. В связи с тем, что первые два платежа были ошибочными, компания дважды обратилась в налоговую инспекцию с заявлениями о возврате излишне перечисленных сумм. Однако налоговики отказали в возврате излишне уплаченных денег и порекомендовали обратиться в суд.

Арбитры удовлетворили требования компании, поскольку никаких правовых основания для удержания в бюджете излишне уплаченных сумм не нашлось. Однако инспекции такое решение, видимо, показалось несправедливым, и она обратилась с жалобами сначала в апелляционную, а затем в кассационную инстанции.

Суды посчитали, что в данном случае налоговая инспекция злоупотребила своим процессуальным правом на подачу апелляционной и кассационной жалоб, что привело к затягиванию судебного процесса. Арбитры указали, что понятие добросовестного пользования правами включает четкость процессуального поведения сторон и лояльность их по отношению к остальным лицам, участвующим в деле.

Злоупотребление налоговой инспекцией правом на судебную защиту проявилось в надуманных аргументах апелляционной и кассационной жалоб против хорошо обоснованного иска. Доводы, приведенные в апелляционной и кассационной жалобах, не имеют ни фактической, ни законодательной базы.

А кроме того, налогоплательщик был вынужден трижды уплачивать в бюджет штрафы по вине налоговой инспекции.

На основании изложенного ФАС Северо­Западного округа (постановление от 29.08.2005 № А56-45211/04) посчитал правомерным взыскание апелляционной инстанцией в доход федерального бюджета с налогового органа 1000 руб. государственной пошлины и взыскал с нее еще 1000 руб. за рассмотрение дела в кассации.

Процессуальная «машина времени»

Процессуальное законодательство с присущим ему строгим формализмом выдвигает жесткие требования к форме, содержанию и комплектности судебных документов. Малейшее несоответствие – и суд может применить законодательную «палочку-выручалочку»:

  • приостановить процессуальный срок (ст. 116 АПК РФ и ст. 110 ГПК РФ);
  • восстановить процессуальный срок (ст. 117 АПК РФ и ст. 112 ГПК РФ);
  • продлить процессуальный срок (ст. 118 АПК РФ и ст. 111 ГПК РФ);
  • объявить перерыв в судебном заседании (в среднем – пять дней) (ст. 163 АПК РФ);
  • отложить судебное разбирательство (ст. 158 АПК РФ и ст. 169 ГПК РФ).

Имейте в виду: арбитражный суд восстанавливает или продлевает процессуальный срок, если не истекли предельно допустимые сроки и при этом суд считает причину пропуска уважительной.

Уважительная причина – понятие растяжимое. Спорить с судом, почему он признал ту или иную причину уважительной, не принято. Хотя мотивы признания причины уважительной суд тоже не приводит. Принцип, в общем-то, один: чем больше и качественнее оправдательные документы, тем лучше.

Способ 1. Не все документы

Это, пожалуй, один из самых распространенных на практике способов затянуть процесс. Причем в большинстве случаев может применяться неоднократно. Особо изощряться не требуется: достаточно «забыть» приложить какую-нибудь нужную справку.

Классический пример: сторона подает апелляционную жалобу на определение, к ней (как бы случайно) оказываются приложены не все необходимые документы. Соответственно, суд жалобу не принимает и требует полный комплект документов.

При этом срок на обжалование начинает течь заново. В следующий раз все повторяется. Суд снова возвращает документы и опять восстанавливает или продлевает срок обжалования. И так до бесконечности.

И на все это время основной спор «повисает» в воздухе.

Между тем есть определения, которые нельзя (невозможно) обжаловать. Они, как правило, решают текущие процессуальные вопросы. Ключевой роли для исхода тяжбы они в большинстве случаев не играют.

Но чтобы затянуть процесс, именно их зачастую и обжалуют в апелляционную инстанцию.

Так, часть времени уходит на переправление документов в другой суд (не исключено, что в другую местность), часть – на вынесение отказа и возврат жалобы и пакета документов.

Способ 2. Ходатайство за ходатайством

Состязательность судебного процесса проявляется помимо прочего в том, что каждый участник вправе заявлять различные ходатайства (поводов не счесть). Причем делать это можно не только напрямую, но и, например, заказным письмом, телефонограммой, направлять ходатайство на факс суда и др.

Например, согласно решению ФАС Центрального округа от 01.08.2011 по делу № А35-3734/05 представитель Минфина России прямо заявил, что затягивание срока рассмотрения спора вызвано в том числе действиями самих истиц.

Они неоднократно ходатайствовали об истребовании доказательств и отложении судебных заседаний для ознакомления с материалами дела (хотя в данном случае суд в итоге не согласился с мнением чиновников и, вдобавок, взыскал с Минфина по 150 000 рублей в пользу каждой истицы).

По праву одно из самых «популярных» ходатайств – об отложении судебного заседания. Это наиболее простой вариант затянуть процесс. Мотивация может быть такая:

  • невозможно представить суду доказательство по причине нахождения его у отсутствующего лица;
  • необходимо истребовать доказательство у лица, которое не является участником процесса (при этом заявитель ходатайства на момент его подачи уже должен направить такому лицу запрос о предоставлении нужного доказательства).

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству обеих сторон в случае их обращения к суду или посреднику за содействием в добровольном урегулировании спора (часть 2 ст. 158 АПК РФ). Здесь речь идет прежде всего о намерении заключить мировое соглашение.

Конечно, на самом деле этого намерения может и не быть. Поэтому такой ход событий важно грамотно представить и обыграть. Тем более практика показывает: даже если другая сторона активно сопротивляется, суд все же даст время на примирение. Просто других вариантов у него нет.

Такие жесткие для суда рамки установлены ст. 138 АПК РФ, ст. 150 и 172 ГПК РФ.

Еще один очень распространенный способ затянуть процесс – попросить суд о вызове нового свидетеля. При этом нужно назвать Ф.И.О. свидетеля и место его жительства (пребывания). Далее все зависит от таланта убеждать, что этот свидетель важный и нужный.

При положительном исходе суд придет к выводу, что без участия этого лица рассматривать дело далее нецелесообразно (ч. 5 ст. 158 АПК РФ). То же самое касается и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований.

Мотив простой: решение суда может затронуть их интересы по сделке (правоотношению).

Важно, что суд оценивает не только содержание ходатайства, но и момент, когда оно подано. Это очень важно, так как позволяет оценить возможность своевременно рассмотреть дело.

Судебная практика

Показать

Одна из сторон спора заявила ходатайство об участии в судебном заседании путем использования систем видеоконференцсвязи.

Отказывая в его удовлетворении, суд учел, что участники арбитражного процесса могут участвовать в судебном заседании путем использования видеоконференцсвязи при условии заявления ими ходатайства об этом и при наличии у суда технической возможности провести такую конференцию (ч.

1 ст. 153.1 АПК РФ). Ходатайство подается до назначения дела к судебному разбирательству и рассматривается судьей в течение пяти дней (ч. 4 ст. 159 АПК РФ).

Суд может отказать в удовлетворении ходатайства в случае, если оно не было подано своевременно вследствие злоупотребления процессуальным правом и явно направлено на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта (ч. 5 ст. 159 АПК РФ).

Таким образом, арбитры посчитали, что ходатайство подано стороной с нарушением установленных порядка и сроков и не содержит обоснования объективных причин, препятствующих его подаче ранее.

Фактически ходатайство подано за два дня до начала судебного заседания, что исключает возможность своевременного рассмотрения дела судом.

Такие действия стороны направлены, по мнению суда, на затягивание судебного процесса (определение ФАС Волго-Вятского округа от 15.09.2011 по делу № А31-9103/2010).

Способ 3. Долгая экспертиза

Если при рассмотрении спора возник вопрос, который требует специальных знаний, скорее всего, будет назначена экспертиза. Она может длиться от недели до нескольких лет. Конечно, настолько долгий срок говорит о затягивании рассмотрения дела. И не факт, что ее результаты суд потом учтет при вынесении итогового решения.

Судебная практика

Показать

Источник: http://www.delo-press.ru/articles.php?n=9323

Пособие Экспертиза как необходимость получения по делу доказательства для вынесения законного и справедливого решения Автор Колбасов Р

Затягивание сроков из-за длительности экспертиз
sh: 1: –format=html: not found

ЭКСПЕРТИЗА КАК НЕОБХОДИМОСТЬ ПОЛУЧЕНИЯ ПО ДЕЛУ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ДЛЯ ВЫНЕСЕНИЯ ЗАКОННОГО И СПРАВЕДЛИВОГО РЕШЕНИЯ

Практика показывает, что потребность суда в помощи эксперта чаще всего возникает при рассмотрении сложных споров. К данной категории, в частности, относятся споры, вытекающие из правоотношений в области строительства. Ниже представлены примеры «строительных» споров, разрешение которых стало возможным во многом благодаря беспристрастному экспертному заключению.

Целесообразность экспертизы определяет суд

Назначение по делу экспертизы, как правило, связано с необходимостью получения судом заключения компетентного лица по ряду установленных в ходе рассмотрения спора обстоятельств, оценка которых требует специальных познаний.

Для хозяйственного судопроизводства специальные познания в большей степени затрагивают объекты материально-правовых отношений (пригодность проданного товара, качество выполненных работ, объем разработанной проектной документации, рыночная стоимость продукции и т.д.).

Например, если между сторонами возник спор по оплате в рамках договора подряда на выполнение проектно-изыскательских работ, то определить объемы разработанной проектно-сметной документации и установить ее действительную стоимость без владения знаниями в области проектирования не просто сложно, а в принципе невозможно.

Это также касается и оценки обстоятельств качества выполненных работ при возникновении спора по договору строительного подряда, когда для проверки работ необходимо использовать специальные приборы, делать контрольные замеры и срезы, в ряде случаев ставить опыты. Очевидно, что только знания действующего законодательства для разрешения такого рода спора недостаточно.

https://www.youtube.com/watch?v=LumICKsqEro

Задача хозяйственного суда при назначении экспертизы – правильно определить круг обстоятельств, которые действительно требуют специальных познаний и относятся к предмету заявленного спора.

Нередки случаи, когда сторона, злоупотребляя процессуальными правами, пытается изменить предмет спора и убедить суд в необходимости назначения по делу судебно-строительной экспертизы, чтобы затянуть судебный процесс.

Как, например, в следующей ситуации.

СитуацияПодрядчик подал иск о взыскании суммы денежных средств за выполненные работы. В отзыве на иск заказчик указал на то, что работы являются некачественными и, соответственно, в силу п.60 Правил заключения и исполнения договоров строительного подряда, утвержденных постановлением Совета Министров РБ от 15.09.1998 № 1450 (в редакции от 30.06.2011 № 875), оплате не подлежат.В данной ситуации вопрос о назначении по делу судебно-строительной экспертизы еще не является решенным. Суду необходимо определить, касаются ли возражения заказчика тех работ, оплаты которых требует подрядчик, являются ли при наличии подписанных актов выявленные заказчиком недостатки в работах явными. Также необходимо установить, на какой стадии возникли дефекты – в ходе выполнения работ либо после их окончания на стадии гарантийного обслуживания объекта и т.д.Если недостатки были обнаружены заказчиком на стадии гарантийного обслуживания объекта, то требования подрядчика о взыскании стоимости выполненных работ могут быть разрешены и без назначения по делу судебно-строительной экспертизы. Это следует из того, что возражения заказчика не связаны с первоначальным предметом спора, а касаются гарантийных обязательств (если объект введен в эксплуатацию, то выполненные подрядчиком и не оплаченные заказчиком работы априори являются качественными и соответственно подлежат оплате). Последующие возражения заказчика относительно качества выполненных работ в данном случае могут быть реализованы им только путем предъявления встречного иска.

Таким образом, назначению по делу экспертизы предшествует определение судом обстоятельств по делу, от оценки которых будет зависеть последующее решение суда.

Судебная практика

Далее рассмотрим характерные примеры из судебной практики, демонстрирующие, что в ряде случаев назначение экспертизы – единственно возможное условие вынесения судом обоснованного и законного решения.

Пример 1: экспертиза помогла определить стоимость устранения недостатков

Открытое акционерное общество (далее – ОАО) «П» обратилось в суд с иском к закрытому акционерному обществу (далее – ЗАО) «С» о взыскании 215 827 443 руб., из которых 161 185 544 руб. – убытки, 54 641 899 руб. – неустойка за просрочку устранения недостатков.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что по государственному контракту, заключенному между сторонами, ответчик выполнял для истца строительные работы на объекте «Корпус по сборке и испытаниям космической техники».

В период гарантийного срока эксплуатации объекта был выявлен ряд замечаний и недостатков. Дефектный акт, касающийся затекания воды через кровлю, был подписан ответчиком 8 февраля 2012 г. Срок устранения дефектов, установленный сторонами, – до 22 февраля 2012 г.

Договором было предусмотрено, что дефекты, выявленные в период гарантийного срока эксплуатации, устраняются за счет генподрядчика. В установленный срок ответчик обязательства по устранению недостатков не выполнил. Направленная в адрес ответчика претензия об устранении до 30 марта 2012 г. недостатков оставлена ЗАО «С» без удовлетворения.

В целях устранения дефектов истец заключил договор строительного подряда со сторонней организацией на текущий ремонт кровельного покрытия. Сумма выполненных работ составила 161 393 341 руб.

Пунктом 9.2 государственного контракта стороны предусмотрели, что за несвоевременное устранение недостатков, выявленных в период гарантийного срока эксплуатации объекта, генподрядчик уплачивает неустойку в размере 0,15 % стоимости строительных работ по устранению дефектов за каждый день просрочки с момента составления акта о выявленных дефектах.

Направленная в адрес ответчика претензия о возмещении понесенных убытков и уплате пени была оставлена последним без удовлетворения, в связи с чем истец обратился в суд с требованием взыскать с ответчика 161 185 544 руб. убытков и 54 641 899 руб. неустойки.

Обратите внимание!Назначению по делу экспертизы предшествует определение судом обстоятельств по делу, от оценки которых будет зависеть последующее решение суда.

В ходе судебного разбирательства ответчик согласился с заявленными требованиями частично. Он пояснил суду, что признает наличие протекания в кровле и понесенные истцом убытки по устранению течи.

Вместе с тем ответчик полагал, что, поскольку истцом был использован иной механизм устранения недостатков и применены материалы, не соответствующие проектно-сметной документации (далее – ПСД), по которой ответчик производил работы, то сумма понесенных убытков является завышенной.

По мнению ответчика, произведенный истцом ремонт кровли является модернизацией по отношению к первоначальной ПСД, использованные при ремонте материалы значительно дороже тех, которые были заложены в первоначальную смету.

Оценивая обстоятельства дела, суд с учетом мнения сторон пришел к выводу о необходимости назначения по делу судебно-строительной экспертизы на предмет определения способов устранения отраженных в дефектном акте недостатков в части протекания кровли и установления стоимости работ по устранению недостатков.

Согласно заключению эксперта для устранения выявленных дефектов необходимо было выполнить локальный демонтаж верхней части кровли и произвести ее новую укладку. При этом следовало использовать материалы, первоначально предусмотренные сметой. В таком случае сумма работ по устранению недостатков с учетом стоимости материалов не превысила бы 70 млн.руб.

С учетом полученного судом заключения и пояснений эксперта, данных в ходе судебного заседания, требования ОАО «П» были удовлетворены частично.

Источник: http://95.47.99.18/tx.dll?d=269985&a=1

Взаимодействие следователя и судебно-медицинского эксперта в процессе расследования

Затягивание сроков из-за длительности экспертиз

г. Барнаул

Эффективность экспертизы по уголовному делу в значительной степени определяется взаимодействием следователя с исполнителем экспертного исследования. Особенно необходимо это взаимодействие при производстве судебно-медицинской экспертизы по делам об умышленных убийствах, и в частности в процессе исследования трупа (Томилин В.В., 2001).

Судебно-медицинская экспертиза трупа является одним из наиболее сложных видов экспертной деятельности. И успешное ее проведение во многом зависит от согласованности действий между следователем и экспертом.

Практика исследования уголовных дел об умышленных убийствах убедительно свидетельствует о том, что присутствие следователя при производстве экспертизы является важным условием успешного раскрытия преступления.

Полезность такого вида взаимодействия следователя и судебно-медицинского эксперта более чем очевидна.

Так, присутствие следователя при осмотре и вскрытии трупа позволяет ему оперативно получать информацию, имеющую важное значение. На сегодняшний день срок проведения судебно-медицинской экспертизы трупа в среднем составляет 30-35 дней, а для экспертов районных и межрайонных отделений – 40-45 дней.

Растягивание сроков окончания экспертизы происходит, в основном, из-за длительности проведения дополнительных методов исследования.

Поэтому, результаты исследования трупа продолжительное время остаются недоступными для следователя и лишают его возможности оперативного определения дальнейшего направления следствия, принятия тактически важных решений.

Следовательно, присутствие следователя при исследовании трупа как важной составляющей судебно-медицинской экспертизы позволяет ему в кратчайшие сроки, не дожидаясь окончания экспертизы, получать необходимую информацию. Это дает возможность выдвинуть обоснованные следственные версии, сосредоточить усилия следствия в нужном направлении, оперативно произвести дополнительные следственные действия и т.д.

Кроме того, присутствие следователя при исследовании трупа будет способствовать сокращению числа проводимых дополнительных и повторных экспертиз. В настоящее время возможности современной судебной медицины позволяют решать подавляющие большинство вопросов, возникающих в процессе следствия по уголовному делу.

Однако на практике эти возможности используются не в полной мере. Зачастую вопросы, ответы на которые способны дать ценную информацию для следствия, вообще не ставятся перед экспертом (в силу незнания или надежды, что эксперт решит сам ответить на эти вопросы) либо содержат неясные и неточные формулировки.

Иногда на разрешение экспертизы ставят вопросы, выходящие за пределы компетенции эксперта, ошибочные с научной точки зрения или они исключают, или дублируют друг друга.

Так же в процессе экспертного исследования могут быть обнаружены новые обстоятельства, имеющие существенное значение для дела и в отношении которых в постановлении о назначении экспертизы не были поставлены вопросы.

Частично названные недостатки устраняются самими экспертами. Действующее уголовно-процессуальное законодательство закрепляет право на проявление экспертом инициативы, направленной на установление обстоятельств, не охваченных вопросами.

Однако, в связи с большим объемом работы и дефицитом кадров (около 40%), эксперты далеко не всегда проявляют инициативу в расширении поставленных задач. Кроме того, они не имеют право изменять вопросы следователя в случае их неясности, неточности или неполноты.

В результате на практике возникает необходимость в назначении дополнительных и повторных экспертиз, что отражается на сроках и качестве следствия, а также ведет к перегруженности экспертных учреждений.

Логическим решением данного вопроса является присутствие следователя при производстве экспертизы трупа. Это позволяет своевременно корректировать существующие, а при необходимости формулировать и дополнительные вопросы. Помогает присутствие следователя и в разъяснении возникающих у эксперта вопросов, касающихся обстоятельств дела.

Еще одним доводом в пользу присутствия следователя при производстве экспертного исследования может явится следующий момент.

При производстве судебно-медицинской экспертизы объектом исследования является не только тело трупа, но и одежда, обувь и иные предметы, доставленные с телом.

Естественно на них могут быть обнаружены различные следы наложения, повреждения и другие изменения (отпечатки протектора, наложение смазки, частиц краски, копоти и др.) либо следы, похожие на кровь, лекарственные, едкие и иные химические вещества и т.п.

В этом случае эксперт принимает меры к их сохранению для последующего их исследования в лабораторных подразделениях бюро. Поэтому одежда упаковывается в установленном законом порядке и передается под расписку следователю для последующего направления на исследования.

Кроме того, при исследовании трупа производится обязательное изъятие объектов (кровь, моча, желчь, волосы, кожа, кости, органы с раневым каналом, кисти или пальцы рук и т.д.) с последующей их передачей лицу, назначившему экспертизу, для принятия решений о дальнейшем исследовании изъятых объектов в качестве вещественных доказательств в судебно-медицинских лабораториях.

Получается, что эксперт фактически сам занимается обнаружением и изъятием вещественных доказательств, что противоречит уголовно-процессуальному закону, который не наделяет эксперта данным правом.

В то же время присутствие следователя при исследовании трупа способно в полной мере обеспечить соблюдение процессуального порядка сбора доказательств.

Так, присутствуя при осмотре и исследовании трупа, следователь может вести протокол процессуального действия по обнаружению и изъятию вещественных доказательств, а также приобщать их в установленном законом порядке к материалам уголовного дела.

Еще одним важным моментом является то, что эксперт не имеет право самостоятельно собирать недостающие для производства экспертизы материал. В этих условиях он вынужден обращаться к следователю, что ведет к приостановлению экспертизы и затягиванию сроков ее производства.

Присутствие следователя при экспертном исследовании позволит оперативно получать недостающие для эксперта данные.

Например, через следователя эксперт может уточнить обстоятельства наступления смерти в случае их недостаточного изложения в постановлении о назначении экспертизы, а также выяснить у родственников умершего перенесенные им заболевания, травмы, вредные привычки, общее состояние здоровья в последнее время и другое.

Не менее важным фактором, обусловливающим необходимость нахождения следователя при производстве экспертизы, является общая ситуация, складывающаяся в учреждениях судебной медицины.

В настоящее время в практике этих учреждений нередки случаи априорного признания некоторых объектов, представленных на экспертизу, неинформативными и как следствие этого- отказа от их исследования. Не исследуются объекты со следами биологического характера (кровь, слюна, моча, пот и т.д.) под предлогом малого количества содержащего вещества.

Встречаются случаи, когда некоторые биологические объекты без достаточных оснований объявляются испортившимися, подвергшимися деформации при транспортировке и непригодными для исследования.

Иногда эксперты при избыточном количестве объектов исследования и образцов ограничиваются исследованиям лишь части однородных объектов и образцов, полагая, что остальные исследования излишни, т.к. в них не содержится какой-либо новой информации. В результате имеют место случаи, когда остаются не выявленными следы иного характера, например следы крови иной группы (Гордон Э.С.

, 1990). Правила судебно-медицинской экспертизы трупа содержат подобные указания о рамках экспертного исследования (например, внутреннее исследование трупа включает вскрытие полостей черепа, грудной и брюшной полостей, рассечение внутренних органов (приказ №346п от 12 мая 2010)).

Однако известны случаи, когда «эксперт делает разрез, обнажает полости, слегка «потревожит» секционным ножом органы без их извлечения, и на этом экспертиза заканчивается, потому что на очереди еще 5-6 трупов» (Крюков В.Н. 2001). В значительной мере такое положение вещей сложилось в связи с введением в судебно-медицинское бюро новых методов хозяйствования, при которых от количества вскрытий зависит заработная плата эксперта. Понятно, что при таком подходе не может не страдать качество проводимой экспертизы.

Присутствие же следователя в значительной степени дисциплинирует эксперта, способствует более ответственному и качественному исполнению профессиональных обязанностей.

Таким образом, присутствие следователя при производстве судебно-медицинской экспертизы трупа позволяет «буквально из первых рук получить «горячую» информацию, имеющие важное оперативно-тактическое значение» (Михальчук А.Е., 1997), а также при необходимости сформулировать дополнительные вопросы эксперту, принять решение по поводу сохранения и изъятия определенных объектов и т.д.

Однако, в настоящее время, несмотря на очевидную целесообразность присутствия при вскрытии трупа, следователи пренебрегают существующим у них на это правом и редко проявляют подобную инициативу.

Решением данного вопроса могло бы стать нормативно-правовое закрепление требования об обязательном присутствии следователей при производстве судебно-медицинских экспертиз по делам об умышленных убийствах.

Список литературы

  1. Гордон Э.С. Судебно-медицинская экспертиза: проблемы и решения. Ижевск, 1990. 167с.
  2. Крюков В.Н., Солохин А.А.., Кинле А.Ф. V Всероссийский съезд судебных медиков // Судебно-медицинская экспертиза, 2001. – №3. С. 5.
  3. Михальчук А.Е. Проблемы взаимодействия следователей и судебно-медицинских экспертов при расследовании умышленных убийств. Материалы межведомственной межрегиональной научно-практической конференции. Спб., 1997. С. 25.
  4. Приказ министерства здравоохранения и социального развития РФ от 12 мая 2010г. №346п « Об утверждении порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации»
  5. Томилин В.В. Состояние и перспективы развития судебно-медицинской службы Российской федерации // Судебно-медицинская экспертиза. 2001. №3. С. 8 .

Источник: http://journal.forens-lit.ru/node/717

Адвокат Титов
Добавить комментарий