Иск о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества, применении последствий его расторжения: судебная практика

Содержание
  1. Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28 июля 2015 г. N 19-КГ15-15 Суд отменил в части апелляционное определение по делу о расторжении договора купли-продажи земельного участка, а в другой части направил дело на новое рассмотрение, поскольку при неисполнении своевременно покупателем обязательства по оплате товара в рассрочку продавец вправе требовать расторжения договора
  2. Обзор судебной практики по гражданским делам Свердловского областного суда за III квартал 2002 года (извлечения)
  3. Мнимая сделка и расторжение договора купли-продажи: практические и теоретические вопросы на примере одного спора (Розенцвайг А.В., адвокат Алматинской городской коллегии адвокатов, к.ю.н.; Скрябин С.В., ведущий научный сотрудник НИИ частного права Каспийского университета, к.ю.н., доцент)
  4. Обзор судебной практики по спорным вопросам при заключении, исполнении и расторжении договоров купли-продажи недвижимости, Обзор судебной практики от 04 июля 2014 года

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28 июля 2015 г. N 19-КГ15-15 Суд отменил в части апелляционное определение по делу о расторжении договора купли-продажи земельного участка, а в другой части направил дело на новое рассмотрение, поскольку при неисполнении своевременно покупателем обязательства по оплате товара в рассрочку продавец вправе требовать расторжения договора

Иск о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества, применении последствий его расторжения: судебная практика

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Асташова С.В.,

судей Романовского С.В. и Киселёва А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Корнева Н.С.

к обществу с ограниченной ответственностью Крестьянско-фермерское хозяйство “Сенгилей” о расторжении договора купли-продажи земельного участка и другим требованиям, по встречному иску общества с ограниченной ответственностью Крестьянско-фермерское хозяйство “Сенгилей” к Корневу Н.С. о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка и другим требованиям

по кассационной жалобе Корнева Н.С. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 28 ноября 2014 г.,

заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В., установила:

Корнев Н.С.

обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью Крестьянско-фермерское хозяйство “Сенгилей” (далее – хозяйство) о расторжении договора купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: …

, территория СПКк “…”, заключенного 25 июня 2012 г. между ним и хозяйством, и о возврате участка, взыскании неустойки, исключении записи из ЕГРП, признании права собственности на земельный участок.

Заочным решением Шпаковского районного суда Ставропольского края от 23 апреля 2014 г. исковые требования Корнева Н.С. удовлетворены частично.

Определением Шпаковского районного суда Ставропольского края от 24 июня 2014 г. заочное решение суда отменено, рассмотрение дела возобновлено.

В ходе рассмотрения дела Корнев Н.С. уточнил исковые требования, просил расторгнуть договор купли-продажи земельного участка с рассрочкой платежа от 25 июня 2012 г.

, заключенный между ним и хозяйством, взыскать в свою пользу неустойку за просрочку платежа, упущенную выгоду, исключить из ЕГРП запись о праве собственности ответчика земельный участок, сославшись на неоплату хозяйством … руб.

за земельный участок, который оно зарегистрировало за собой на праве собственности и за который получает арендную плату.

ООО КФХ “Сенгилей” предъявило встречный иск о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с рассрочкой платежа от 25 июня 2012 г., применении последствий его недействительности и взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере … руб. … коп.

, указав на то, что на момент заключения между Корневым Н.С. и хозяйством договора купли- продажи земельного участка в отношении этого же земельного участка 30 января 2012 г. был заключен предварительный договор купли-продажи между Корневым Н.С. (продавцом) и Некрасовым С.Ф.

(покупателем), по которому был получен задаток.

Решением Шпаковского районного суда Ставропольского края от 5 августа 2014 г. иск Корнева Н.С. удовлетворен частично: расторгнут договор купли-продажи земельного участка от 25 июня 2012 г., заключенный между Корневым Н.С.

и хозяйством, исключена запись из ЕГРП о праве собственности хозяйства на земельный участок, с хозяйства в пользу Корнева Н.С. взыскана упущенная выгода. В остальной части исковых требований Корнева Н.С. отказано.

В удовлетворении встречного иска хозяйства отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 28 ноября 2014 г.

решение отменено в части расторжения указанного договора купли-продажи, исключении из ЕГРП записи о праве собственности хозяйства на земельный участок, взыскания в пользу Корнева Н.С.

упущенной выгоды и в этой части принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Корнев Н.С. просит отменить апелляционное определение в той части, в которой было отменено решение суда первой инстанции.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В. от 6 июля 2015 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, объяснения относительно кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 1 статьи 488 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда договором купли-продажи предусмотрена оплата товара через определенное время после его передачи покупателю (продажа товара в кредит), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 данного Кодекса.

Пунктом 1 статьи 489 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность включения в договор о продаже товара в кредит условия об оплате товара в рассрочку.

Судом установлено, что Корневу Н.С. на праве собственности принадлежал земельный участок, расположенный по адресу: …, территория СПКк “…”.

25 июня 2012 г. между Корневым Н.С. (продавцом) и хозяйством (покупателем) был заключен договор купли-продажи указанного выше земельного участка за … руб. … коп. с рассрочкой платежа.

Хозяйство до и после подписания договора заплатило Корневу Н.С. … руб. и … руб. соответственно.

Согласно условиям договора оставшуюся сумму в размере … руб. … коп. хозяйство должно было заплатить в следующем порядке: … руб. до 20 июля 2012 г., … руб. до 20 октября 2012 г., однако покупателем до настоящего времени указанные денежные средства не переданы.

26 октября 2012 г. за хозяйством зарегистрировано право собственности на спорный земельный участок.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что невыплата хозяйством Корневу Н.С. стоимости названного недвижимого имущества является основанием для расторжения соответствующего договора купли-продажи, поскольку данное нарушение условий договора является существенным.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении искового требования о расторжении договора купли-продажи земельного участка от 25 июня 2012 г., а также исковых требований, производных от данного требования, исходил из того, что Корневым Н.С.

не представлено доказательств существенности нарушений хозяйством условий договора по смыслу пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, при отсутствии которых суд первой инстанции неправомерно признал существенным нарушением договора купли-продажи недвижимого имущества саму по себе невыплату в срок покупателем денег продавцу за это имущество.

Также суд указал, что ни договор купли-продажи земельного участка от 25 июня 2012 г.

, ни нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, в которых закреплены общие положения о договоре купли-продажи, а также положения о договоре купли-продажи недвижимости, не содержат возможность расторжения продавцом договора купли-продажи при неуплате покупателем покупной цены за объект недвижимости, при том, что продавец передал, а покупатель принял недвижимое имущество, являющееся предметом договора, и зарегистрировал на него право собственности.

Кроме того, суд второй инстанции указал, что Корневым Н.С. не был соблюден досудебный порядок урегулирования спора, связанного с расторжения указанного договора купли-продажи.

С выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям.

По общему правилу, предусмотренному подпунктом 1 пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации договор может быть изменен или расторгнут по решению суда по требованию одной из сторон, в том числе при существенном нарушении договора другой стороной, под которым понимается нарушение, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Относительно договора продажи товара в рассрочку пунктом 2 статьи 489 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена возможность отказаться от исполнения и потребовать возврата проданного товара когда покупатель не производит в установленный договором срок очередной платеж за проданный и переданный ему товар, если иное не предусмотрено договором, за исключением случаев, когда сумма платежей, полученных от покупателя, превышает половину цены товара.

Судом апелляционной инстанции не учтено, что наряду с требованием о расторжении договора Корневым Н.С. было заявлено требование о возврате спорного земельного участка в связи с неисполнением хозяйством обязательства по оплате товара, проданного в рассрочку.

По настоящему делу установлено, что оплата проданного земельного участка предполагала рассрочку платежа, а потому спор должен был быть разрешен с учетом положений пункта 2 статьи 489 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Однако суд апелляционной инстанции не применил указанную норму, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 28 ноября 2014 г. является незаконным и подлежащим отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 28 ноября 2014 г.

отменить в части отмены решения Шпаковского районного суда Ставропольского края от 5 августа 2014 г. в части расторжения договора купли-продажи земельного участка от 25 июня 2012 г.

, исключения из ЕГРП записи N …, взыскания упущенной выгоды, дело в этой части направить на новое рассмотрение.

Председательствующий Асташов С.В.

Продавец просил расторгнуть договор купли-продажи с рассрочкой платежа, взыскать неустойку, упущенную выгоду, исключить из ЕГРП запись о праве собственности покупателя на данное имущество. Это обосновывалось тем, что ответчик внес не всю оплату.

Иск был удовлетворен в части расторжения договора, исключения записи о праве собственности и взыскания упущенной выгоды. Затем апелляционная инстанция отказала в удовлетворении данных требований.

Однако Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ направила дело на новое рассмотрение в части отмены решения первой инстанции. Это объясняется следующим.

Согласно ГК РФ в случае, когда договором купли-продажи предусмотрена оплата товара через определенное время после его передачи покупателю (продажа в кредит), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии с ГК РФ.

Договором о продаже товара в кредит может предусматриваться оплата товара в рассрочку.

Когда покупатель не производит в установленный договором срок очередной платеж за проданный в рассрочку и переданный ему товар, продавец вправе, если иное не предусмотрено договором, отказаться от исполнения договора и потребовать возврата проданного товара. Исключение – случаи, когда сумма платежей, полученных от покупателя, превышает половину цены товара.

Оплата проданного объекта предполагала рассрочку платежа. Поэтому спор должен разрешаться с учетом приведенных положений ГК РФ.

Однако апелляционная инстанция не применила указанную норму.

Источник: http://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/71087072/

Обзор судебной практики по гражданским делам Свердловского областного суда за III квартал 2002 года (извлечения)

Иск о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества, применении последствий его расторжения: судебная практика

Обзор судебной практики по гражданским делам Свердловского
областного суда за III квартал 2002 года

Дела об оспаривании сделок с недвижимостью

Изучение судебной практики показывает, что суды в некоторых случаях неправильно применяют нормы материального права по указанной категории дел, а в связи с этим неверно устанавливают юридически значимые обстоятельства.

Судебная коллегия в обзорах судебной практики неоднократно указывала на недопустимость нарушения закона в части одновременного расторжения договора и признания этого же договора недействительным поскольку это взаимоисключающие требования. Однако суды продолжают допускать такие ошибки.

При рассмотрении указанных споров суды зачастую смешивают понятия совершения и заключения сделки, что влечет постановление неправосудных решений.

Далее приведены примеры некоторых судебных постановлений, которые были отменены в порядке надзора.

1. Решением Новоуральского городского суда отказано в иске Г.Л. и Б. к Ж.А. и Ж.С. об освобождении купленной ими 31.08.1998 года у Ж.А. квартиры N 133 по ул. Автозаводской, 28 в г.

Новоуральске и снятии их с регистрационного учета; удовлетворен иск Ж.С. о признании недействительным договора купли-продажи этой квартиры, заключенного между Ж.A. и его несовершеннолетней дочерью, с одной стороны, и Г.Л.

– с другой: отказано в применении последствий признания недействительной сделки.

Отказывая в применении последствий недействительной сделки купли-продажи квартиры, суд указал, что таких требований Ж.С. суду не заявляла, и суд не вправе в силу ст. 195 ГПК РСФСР применять такие последствия по своей инициативе.

Однако, в соответствии с п. 2 ст.

167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) – возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

При применении этой нормы суд сам обязан применить последствия недействительности по оспоримой сделке, которую он признал недействительной. Это вытекает и из положений абзаца 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ. предусматривающей право суда применить последствия недействительности по собственной инициативе даже по ничтожной сделке.

Такая же позиция высказана Верховным Судом РФ в Бюллетени ВС РФ N 4, 1997 г., стр. 19.

В связи с неправильным применением материального закона решение суда было отменено постановлением Президиума.

2. 7 октября 1997 г. был нотариально удостоверен, а 13 сентября 1997 г. зарегистрирован в БТИ г. Новоуральска, договор купли-продажи (купчая) недвижимости, по которому М.И. продает за 10 млн.руб. М.В.

принадлежащие ей жилой дом N 6 по ул. Железнодорожной на ст. Мурзинка Свердловской области с надворными постройками и земельный участок по этому же адресу в размере 1500 кв.

м, предоставленный для ведения личного подсобного хозяйства

М.И. предъявила в суд иск к М.В. о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и участка, указала, что, обманув ее, М.И. в нарушение договоренности перестала содержать ее, препятствует пользоваться домом и участком, заключить договор купли-продажи ее уговорила внучка-ответчица, однако 10 млн.руб. ей за недвижимость не отдала.

Решением Новоуральского городского суда постановлено: расторгнуть договор купли-продажи дома и земельного участка по ул. Железнодорожная, 6 на ст. Мурзинка Свердловской области от 07.10.1997 г., заключенный между М.И. и М.В. признав его недействительным, дом и земельный участок передать М.И.

Суд указал, что сделка заключена под влиянием заблуждения, выразившегося в том, что истица-продавец в силу своего возраста и отсутствия надлежащего образования не имела возможности правильно юридически оценить ситуацию (свои намерения передать дом и участок внучке после своей смерти); поскольку доказательств передачи 10 млн.руб. в оплату за купленную недвижимость ответчицей не представлено, применена реституция только в виде передачи дома и участка.

Одновременно в решении суд указал, что договор купли-продажи является притворной сделкой, прикрывающей сделку пожизненного содержания с иждивением.

Решение о расторжении договора купли-продажи недвижимости судом не мотивировано.

Расторгая договор купли-продажи недвижимого имущества и одновременно признавая его недействительным, суд не учел, что требования о расторжении договора и признании его недействительным являются взаимоисключающими и не подлежали одновременному удовлетворению, поскольку расторгнут может быть только действительный (законный) договор. Более того, истица требований о расторжении договора купли-продажи имущества суду не заявляла, а от предъявленного иска не отказывалась.

Суд не вправе был решать вопрос о недействительности сделки ни по основаниям ст. 178 ГК РФ (совершение сделки под влиянием заблуждения), ни по основаниям п. 2 ст. 170 ГК РФ (недействительность притворной сделки).

Кроме этого, применение ст. 178 ГК РФ исключает применение ст. 170 п. 2 ГК РФ к этой же сделке, поскольку ст.

178 ГК РФ применяется к сделке, которую стороны имели намерение совершить; если имело место заключение одной сделки в соответствии с намерениями сторон, но совершена была (оформлена) другая сделка с целью прикрытия действительной сделки, применяются положения п. 2 ст.

170 ГК РФ. Суд одновременно признал намерение сторон заключить сделку и купли-продажи и, договор пожизненного содержания с иждивением, что является недопустимым.

Если бы были заявлены требования о признании договора купли-продажи притворной сделкой, и было установлено что, договор купли-продажи прикрывал договор пожизненного содержания с иждивением, тогда как требования о прекращении или расторжении договора пожизненного содержания с иждивением не заявлялись, то суд в силу ч. 2 ст. 170 ГК РФ должен был признать договор купли-продажи недействительным и указать, что следует считать установленным заключение между сторонами договора пожизненного содержания с иждивением; в этом случае реституция не применяется.

Также суд в решении не сделал никаких суждений в части продажи земельного участка; имея в виду, что совершение сделки с земельным участком и сделки с жилым домом связано единой волей истицы по делу.

3. К.У. обратилась в суд с иском к нотариусу г. Екатеринбурга П. о признании недействительным удостоверенного 03.07.2001 года нотариусом договора купли-продажи 1/2 доли однокомнатной квартиры N 1 дома N 122 по ул. Фурманова в г. Екатеринбурге, заключеннного ею с К.О., ее сестрой.

Иск обосновала совершением сделки в пользу несовершеннолетнего ее сына Ш., 1993 года рождения, с нарушением требований ч. 3 ст.

37 ГК РСФСР, запрещающей совершение сделки опекуну, попечителю, их супругам и близким родственникам с подопечным, за исключением передачи имущества подопечному в качестве дара или в безвозмездное пользование,а также без привлечения органа опеки и попечительства (сын являлся собственником квартиры в г. В.

Пышма; для решения вопроса по отчуждению той квартиры его следовало обеспечить жильем). В результате совершения незаконной, по ее мнению, сделки орган государственной регистрации 20.08.2001 года отказал ей в регистрации сделки и права сына на жилье по этой сделке.

Судом произведена замена истца на отдел опеки и попечительства Ленинского района г. Екатеринбурга и ответчика – на К.О. (продавца доли в квартире): нотариус П. привлечена к участию в деле третьим лицом (без определения на чьей процессуальной стороне), К.У. привлечена к участию в деле соответчиком.

Решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга, оставленным без изменения судом второй инстанции, применены последствия недействительности ничтожной сделки от 03.07.2001 года: К.О. возвращает К.У. 174600 руб., а К.У. возвращает К.О. 1/2 доли вышеназванной однокомнатной квартиры.

Суды первой и второй инстанции признали доводы истицы убедительными, а сделку в силу ст. 168 ГК РФ признали ничтожной.

Между тем, в соответствии с абзацем 2 п. 1 ст. 28 ГК РФ правила п. 3 ст. 37 ГК РФ применяются только к сделкам законных представителей несовершеннолетнего с его имуществом. Сделка по отчуждению имущества несовершеннолетнего в г. В.Пышма предметом спора по настоящему делу не являлась.

Ни у какого органа или лица, в том числе у нотариуса и у суда, не имелось никаких правовых оснований для применения п. 3 ст. 37 ГК РФ как через п. 1 ст. 28 ГК РФ (не имущество несовершеннолетнего), так и непосредственно (сделка совершена законным представителем несовершеннолетнего, а не его опекуном, попечителем, их супругом или близким родственником).

Вывод о незаконности совершенной сделки 03.07.2001 года с учетом обоснования, сделанного в судебных постановлениях, является ошибочным.

В постановлении Президиума также отмечается, что недействительной (ничтожной) по основаниям ст.ст. 166-179 ГК РФ может быть признана только заключенная сделка.

В силу п. 2 ст. 558 ГК РФ договор продажи части квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Такая регистрация не была совершена не в связи с незаконностью оформления нотариусом совершенной сделки, а в связи с отказом в ее регистрации органом государственной регистрации. Поэтому договор 03.07.

2001 года был совершен в нотариальной Форме, но не был заключен.

При нежелании сторон сделки (их представителей) регистрировать законную сделку в органах государственной регистрации либо оспорить отказ этих органов в такой регистрации такая сделка в силу п. 1 ст. 165 ГК РФ ничтожна не по вине нотариуса, а вследствие нежелания участников сделки произвести требуемую законом регистрацию сделки.

В этом случае такая сделка не может быть признана недействительной (ничтожной) ни по каким основаниям, кроме п. 1 ст. 165 ГК РФ, т.к. она не заключена (ее нет). Возврат денег по такой сделке может быть произведен судом по иску покупателя к продавцу.

Президиум, не направляя дело на новое судебное рассмотрение, вынес новое решение об отказе в иске в соответствии с нормами материального права и установленными судом 1 инстанции обстоятельствами.

4. Р. обратилась в суд к администрации г.

Верхняя Салда, БТИ и земельному отделу с иском о признании предварительной устной сделки купли-продажи действительной и признании права собственности на 1/4 доли дома, расположенного по адресу: г. В.Салда, ул.

25 Октября, 43 “а”. В судебном заседании свои требования поддержала, дополнив, что просит признать договор купли-продажи 1/4 дома от 20.08.2001 года действительным .

Решением Верхнесалдинского городского суда договор купли-продажи 1/4 доли жилого дома, расположенного по адресу г. В.Салда, ул. 25 Октября, 43 “а”, заключенный между Агинской, и Р. признан действительным. За Р. признано право собственности на указанную долю.

Истицей представлен суду договор от 20.08.2001 года. из которого следует о достижении между сторонами соглашения о заключении договора купли-продажи в будущем на определенных условиях, т.е. имеющийся договор является предварительным. Согласно ст.

429 ГК РФ (предварительный договор), 445 ГК РФ (заключение договора в обязательном порядке) юридически значимым обстоятельством при обращении в суд о признании прав по такому договору является доказывание и установление факта уклонения другой стороны от заключения договора. Таких обстоятельств по настоящему делу не установлено. Требования о понуждении А. заключить договор суду не заявлялось.

У суда не было оснований признавать договор купли-продажи состоявшимся и возникновение у Р. права собственности на 1/4 долю спорного домовладения.

Источник: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/9253246/

Мнимая сделка и расторжение договора купли-продажи: практические и теоретические вопросы на примере одного спора (Розенцвайг А.В., адвокат Алматинской городской коллегии адвокатов, к.ю.н.; Скрябин С.В., ведущий научный сотрудник НИИ частного права Каспийского университета, к.ю.н., доцент)

Иск о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества, применении последствий его расторжения: судебная практика

Мнимая сделка и расторжение договора купли-продажи:
практические и теоретические вопросы на примере одного спора

А.В. Розенцвайг, С.В. Скрябин

1. Предварительные замечания

Взяться за перо нас побудило несколько обстоятельств.

Во-первых, интересное дело, в котором мы представляли одну из сторон спора. Этот случай мог стать классическим примером применения правил статьи 160 Гражданского кодекса Республики Казахстан (далее — «ГК, «кодекс») о мнимой сделке. Мог стать, но не стал, по причинам, от нас не зависящим.

Во-вторых, вопрос о недействительности сделок стал проблемой просто сверхактуальной. В мае 2016 года состоялись ежегодные цивилистические чтения по теме «Недействительные сделки в гражданском праве».

Был подготовлен проект закона, который предполагал дополнить ГК, гражданское законодательство некоторыми новеллами, большая часть которых связана с введением ничтожных и оспоримых сделок, изменениям редакции правил кодекса о мнимых и притворных сделках[1].

Кроме того, Верховным судом Республики Казахстан (далее по тексту — «ВС») 7 июля 2016 года № 6 было принято Нормативное постановление «О некоторых вопросах недействительности сделок и применении судами последствий их недействительности»[2], которое, в том числе, касается вопросов, затрагиваемых в настоящей статье.

Одним словом, проблема о недействительных сделках имеет высокую теоретическую и практическую востребованность, а признание сделок недействительными — один из наиболее распространенных на практике способов защиты гражданских прав.

По нашему мнению, подобная распространенность зачастую не совсем оправдана. Однако состояние нашего законодательства и правоприменительной практики нередко обусловливают использование именно этого способа защиты гражданских прав. Выбор здесь предопределен прагматическими интересами участников оборота: проще, дешевле, понятнее и привычнее.

В-третьих, описываемый ниже гражданско-правовой спор исчерпал возможности обжалования в Казахстане. По нему приняты все предусмотренные законом судебные акты, которые можно, и, как мы полагаем, нужно, обсудить, вынеся в публичное пространство.

Речь идет, мягко говоря, о ряде юридических ошибок (упущений) суда первой инстанции, которые остались незамеченными судами апелляционной и кассационной инстанций. Причем это касается как применения норм материального, так и процессуального права.

И, наконец, последнее. Наш доверитель высказал нам упрёк в выборе неверного способа защиты его интересов, что, по его мнению, повлекло отказ в удовлетворении заявленных требований и дополнительные издержки.

Однако знакомство со всеми перипетиями дела и последующий анализ состоявшихся судебных актов, вынесенных уже без нашего участия, позволяют утверждать о правильности выбора способа, процессуальной модели защиты, собранных и представленных суду доказательств, которые подтвердили наши аргументы.

Поэтому настоящая статья — повод для того, чтобы ещё раз самим оценить возникшую ситуацию, выслушать мнение юридической общественности, привлечь внимание к состоянию казахстанской юридической теории и судебной практики на примере конкретного дела.

Но обо всем по порядку.

2. Обстоятельства спора

И. являлась собственницей жилого дома и земельного участка, расположенных в г.

Алматы (далее по тексту — «Недвижимость»), что подтверждалось справкой о зарегистрированных правах (обременениях) на Недвижимость, выданной уполномоченным органом. Помимо И.

, в доме были зарегистрированы её супруг — К. и их совместные дети, один из которых был несовершеннолетним, а другой находился на обучении за рубежом.

В ноябре 2014 года И. заключила с покупателем А. договор купли-продажи Недвижимости (далее по тексту — «Договор»). Цена сделки составила 905 000 000 (девятьсот пять миллионов) тенге. Договор зарегистрирован уполномоченным органом 6 ноября 2014 года; собственником Недвижимости стал А.

Описанную выше общую ситуацию необходимо дополнить некоторыми деталями, которые раскрывают суть сложившихся правоотношений между сторонами.

Прежде всего, укажем на наличие определенных личных отношений между семьей И. и А. Последний неоднократно бывал в доме, имел совместные дела с супругом И. и даже приятельствовал с ним.

Не менее важным представляется и тот факт, что Договор был нотариально удостоверен. Это была стандартная форма договора, которая предлагается к подписанию практически любым казахстанским нотариусом, без каких-либо юридических излишеств[3].

Далее, несмотря на заключение Договора, И. и её семья продолжала проживать в доме, пользоваться Недвижимостью, нести соответствующие обязанности (в частности, по оплате коммунальных платежей), а регистрация членов семьи И. по месту нахождения Недвижимости не была прекращена.

Важно и то, что цена Договора продавцу выплачена не была. Во всяком случае, никаких допустимых доказательств исполнения соответствующей обязанности по Договору А. не представил.

Кроме того, пояснения И. содержали сведения о том, что заключение Договора состоялось под психологическим давлением (принуждением) со стороны её супруга. Последнее обстоятельство им не отрицалось. Более того, при рассмотрении дела в суде оно нашло своё подтверждение.

И, наконец, последнее. Между покупателем А. и супругом И. сложились заёмные отношения. Согласно пояснениям К., всего им было получено от А. два транша на общую сумму 656 900 (шестьсот пятьдесят шесть тысяч девятьсот) долларов США.

По утверждениям И. и К., Договор и был заключен лишь для того, чтобы А. получил в банке деньги, предоставив в качестве обеспечения Недвижимость, и передал их в последующем К. для осуществления последним неких бизнес-проектов. После возврата денег А. обязался Недвижимость вернуть[4].

3. Юридический анализ фактической ситуации, проведенный до предъявления иска

Анализ представленных И. документов, пояснения, данные ею и супругом истицы К., позволил сделать следующие общие выводы.

Во-первых, представленные документы (Договор, справки уполномоченного органа и другие) дают основания для однозначного утверждения о том, что И. являлась полноправной собственницей Недвижимости; какие-либо обременения на момент заключения Договора отсутствовали, правообладателем являлась И., которой Недвижимость принадлежала на праве индивидуальной собственности.

Во-вторых, положения Договора однозначно указывают на использование стандартной формы сделки, удостоверяемой нотариально. Каких-либо особых условий названный Договор не содержит, поэтому к спорным правоотношениям сторон должны применяться общие положения ГК.

В-третьих, документы о совершении заёмных операций между супругом И. и А., между последним и банком нам вначале представлены не были. По указанной причине анализ соответствующих отношений был произведён исключительно на основании пояснений супруга И. Цели, на которые были потрачены заёмные денежные средства, так и остались неизвестными[5].

В-четвертых, изученные материалы дают определённые основания усмотреть в действиях А. наличие уголовно наказуемого деяния.

Между тем попытка инициировать такой вариант развития событий не предпринималась, поскольку имелся риск существенного усложнения и затягивания по времени решения вопроса о принадлежности Недвижимости и её возврате.

На рассмотрение И. были представлены следующие возможные варианты решения возникших проблем.

Вариант 1. Расторжение Договора по причине неисполнения А. обязательств по оплате (пункт 2 статьи 401, пункт 1 статьи 406, статьи 437-439, пункт 2 статьи 444 ГК).

В данном случае можно исходить только из условий Договора и доказать факт его неисполнения Покупателем.

Реализацию этого варианта мы сочли нецелесообразной по следующим причинам.

1) Заявление подобного требования будет свидетельствовать о признании действительности Договора, что впоследствии сделало бы затруднительным возможное уголовное преследование А., т.к. будет свидетельствовать о признании И. правомерности приобретения Недвижимости.

2) Наличие определенных рисков. Например, если А. сможет выплатить сумму, указанную в Договоре, он, в свою очередь, будет вправе требовать передачи ему Недвижимости.

3) Существенное увеличение судебных издержек и, прежде всего, значительный размер государственной пошлины. Согласно подпункту 1) пункта 1 статьи 535 Кодекса Республики Казахстан от 10 декабря 2008 года № 99-IV «О налогах и других обязательных платежах в бюджет (Налоговый кодекс)» (далее — «НК»), он определен в размере 1 (одного) процента от суммы иска[6].

Вариант 2. Использование конструкции притворной сделки.

Пунктом 2 статьи 160 ГК предусмотрено: «Если сделка совершена с целью прикрыть другую сделку (притворная), то применяются правила, относящиеся к той сделке, которую стороны действительно имели в виду».

Как отмечается в комментарии ГК, в притворной сделке воля сторон направлена на установление гражданских прав и обязанностей. Но не тех, которые составляют внешнюю сторону для окружающих, а иных, какие стороны имели в виду. Поскольку при притворности различают две сделки, каждая из них нуждается в самостоятельной оценке.

Прикрывающая сделка всегда является недействительной. Законность прикрываемой сделки определяется фактическими признаками[7].

По очень точному научному определению, притворная сделка является футляром, который в результате будет отброшен, а к отношениям сторон должны применяться нормы, относящиеся к прикрытой сделке[8].

Применение правила пункта 2 статьи 160 ГК в отечественной судебной практике базируется на установлении наличия либо отсутствия (доказанности или недоказанности) целого ряда важных фактических обстоятельств, которые свидетельствовали бы о притворности сделок.

В одном из споров Верховный суд Республики Казахстан, рассматривая вопросы притворности договоров займа, купли-продажи квартиры и ее залога, постановил, что в число подлежащих исследованию и оценке обстоятельств по подобным делам относятся: последующее проживание в доме ответчицы; отсутствие в материалах дела каких-либо сведений об оплате стоимости приобретенной квартиры; невыяснение судом обстоятельств заключения данного договора, передачи денег от покупателя продавцу; иные обстоятельства покупки квартиры. Особо было отмечено, что лицо даже не осмотрело приобретенную квартиру. Этот факт был признан грубой неосмотрительностью для человека, приобретающего дорогостоящую недвижимость[9].

В другом случае суд надзорной инстанции отменил все решения по делу, приняв новое решение об удовлетворении иска Б., Г. о признании договора купли-продажи квартиры, заключенного между Б. и К., притворным.

ВС согласился с выводами судов апелляционной и кассационной инстанций о том, что имеются основания для признания недействительным договора купли-продажи квартиры в силу его притворности с применением статьи 160 ГК, поскольку в суде ни Б., ни К. не оспаривали, что между ними заключен сначала договор займа, а затем, в обеспечение его исполнения — договор залога квартиры, принадлежавшей Б. и Г.[10].

В Обзоре судебной практики по делам о признании недействительным договора купли-продажи квартиры за 2002 год ВС сформулирована следующая правовая позиция: «Совершение под видом договора купли-продажи жилого помещения договора займа является основанием для признания сделки недействительной».

Данная позиция обоснована тем, что, поскольку, согласно пункту 2 статьи 160 ГК, при совершении притворной сделки к правоотношениям применяются правила той сделки, которую стороны действительно имели в виду, поэтому коллегия областного суда, отменяя решение суда 1-й инстанции, которым притворный договор купли-продажи квартиры между М. и Б. признан недействительным, указала, что имеющийся договор займа прикрывает договор купли-продажи. При этом заключение договора займа соответствует нормам статьи 725 ГК и потому нет оснований для признания его недействительным[11].

В представленных для анализа пояснениях И. и её супруга усматриваются определенные основания для применения к спору правил ГК о притворности сделок. Супругу И. понадобились деньги, А.

предложил вариант: переоформление Недвижимости на его имя без оплаты, с последующим представлением её в качестве обеспечения для получения займа в банке. В отсутствие доказательств преступных намерений А.

фактически сложившаяся ситуация соответствует конструкции притворной сделки, поскольку очевидно, что стороны вместо купли-продажи имели в виду сделку вещного поручительства, совершаемую при ипотеке.

К вещному поручительству при ипотеке недвижимости прибегают тогда, когда должник не имеет прав на недвижимость, выступающую её предметом. В этом случае вещный поручитель становится участником залоговых отношений (см. пункты 1 статей 6 и 7 Закона Республики Казахстан от 23 декабря 1995 года № 2723 «Об ипотеке недвижимого имущества»).

По нашему мнению, данный вариант наиболее соответствовал фактической ситуации, описанной выше. В рассматриваемом случае И. являлась единоличной собственницей Недвижимости (что, однако, не исключает возможность признания права общей собственности на нее).

Супруг И. не имел прав на Недвижимость и, следовательно, не мог выступать ни вещным поручителем, ни самостоятельно получить ипотечный заём в банке.

В случае квалификации Договора в качестве сделки вещного поручительства применение механизма притворной сделки сделало бы возможным обращение взыскания на Недвижимость. В этом случае банк как кредитор А.

мог потребовать выплату его долгов (статья 22 Закона об ипотеке, пункт 7 статьи 319 ГК). Возможно, что при реализации этого варианта удалось бы ограничить сумму взысканий размером заёмных средств, полученных от А. супругом И.

, но риск утраты Недвижимости всё же был весьма значительным.

Вариант 3. Признание Договора недействительным как совершенного под влиянием насилия и/или угрозы.

Согласно пункту 9 статьи 159 ГК сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Источник: https://online.zakon.kz/Document/?doc_id=33719552

Обзор судебной практики по спорным вопросам при заключении, исполнении и расторжении договоров купли-продажи недвижимости, Обзор судебной практики от 04 июля 2014 года

Иск о расторжении договора купли-продажи недвижимого имущества, применении последствий его расторжения: судебная практика

Перед изучением Обзорарекомендуем предварительно ознакомиться с его оглавлением.

I.Основные положения о заключении, исполнении и расторжении договоровкупли-продажи недвижимости

По договору купли-продажинедвижимого имущества продавец обязуется передать в собственностьпокупателя здание, сооружение, квартиру или другое недвижимоеимущество (п.1ст.549 ГК РФ).

К недвижимому имуществу относятся земельныеучастки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то естьобъекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба ихназначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объектынезавершенного строительства.

К недвижимому имуществу относятсятакже подлежащие государственной регистрации воздушные и морскиесуда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Кроме того,законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иноеимущество.

Положения указанной главыГК РФ (ст.

455ГК РФ) содержат нормы, устанавливающие возможность заключениясторонами сделок (купли-продажи) в отношении товара, который будетсоздан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установленозаконом или не вытекает из характера товара (Постановление Пленума Высшего АрбитражногоСуда Российской Федерации от 11.07.

2011 N 54 “О некоторых вопросахразрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости,которая будет создана или приобретена в будущем”).

Согласно ч.5ст.454 ГК РФ к отдельным видам договора купли-продажи, в томчисле продаже недвижимости, применяются положения гл.

30 ГКРФ, если иное не предусмотрено правилами ГК РФ об этих видах договоров.

Для договоракупли-продажи недвижимости обязательна письменная форма заключенияи составление его в виде одного документа, подписанного сторонами(ст.550ГК РФ), а при продаже жилого помещения обязательнагосударственная регистрация (в соответствии со ст.

558ГК РФ, Федеральным законом от21.07.1997 N 122-ФЗ “О государственной регистрации прав нанедвижимое имущество и сделок с ним”).

Правило о государственнойрегистрации сделок по продаже жилого помещения, содержащееся вст.558ГК РФ, не подлежит применению к договорам, заключаемым после01.03.2013 (ч.1,8 ст.2Федерального закона от 30.12.

2012 N 302-ФЗ “О внесении изменений вглавы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса РоссийскойФедерации”).

С01.03.2013 на основании заключенных с этого момента договоровкупли-продажи недвижимого имущества осуществляется толькогосударственная регистрация перехода права собственности(ст.ст.8.1,131ГК). Соответственно на оригинале документа, выражающего содержаниесоответствующей сделки, штамп о проведенной государственнойрегистрации сделки не подлежит проставлению.

Условиями, обязательнымидля договоров данного вида, без которых такие договоры будутсчитаться незаключенными (существенными условиями), являются:

-условие о его предмете (ст.

554ГК РФ), то есть данные, позволяющие определенно установитьнедвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, втом числе данные, определяющие расположение недвижимости насоответствующем земельном участке либо в составе другогонедвижимого имущества;

-условие о цене недвижимого имущества (ст.555ГК РФ);

-условие о перечне лиц, сохраняющих право пользования продаваемымжилым помещением (п.1ст.558 ГК РФ);

-условие о рассрочке платежа при продаже недвижимого имущества вкредит, включающее стоимость недвижимости, порядок, сроки и размерыплатежей (п.1ст.489 ГК РФ).

Гражданскоезаконодательство выделяет ряд особенностей в зависимости отсубъектного состава:

-государственные и муниципальные предприятия могут продаватьнедвижимость только с согласия собственника (ст.ст.295,297 ГКРФ);

-продажа недвижимости несовершеннолетних и недееспособных можетосуществляться лишь с разрешения органов опеки и попечительства(ст.37 ГКРФ);

-при продаже недвижимости супругов одним из супругов требуетсянотариально удостоверенное согласие второго супруга (ст.35Семейного кодекса РФ). Согласно абз.2 п.2ст.

35 Семейного кодекса РФ сделка, совершенная одним изсупругов по распоряжению общим имуществом супругов, может бытьпризнана судом недействительной по мотивам отсутствия согласиядругого супруга только по его требованию и только в случаях, еслидоказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должнабыла знать о несогласии другого супруга на совершение даннойсделки.

Некоторые спорные вопросыпри заключении, исполнении и расторжении договоров купли-продажинедвижимости отражены в следующих документах:

-Информационное письмо ПрезидиумаВысшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 N 165″Обзор судебной практики по спорам, связанным с признаниемдоговоров незаключенными” (п.6и п.7);

Источник: http://docs.cntd.ru/document/420205926

Адвокат Титов
Добавить комментарий